Навигация
Рубрикатор
Друзья
Фото-приколы, видео


Давайте дружить?
Связаться


Код нашей кнопки:
Рубрика:  философская лирика

Рифмач

Автор: anndee
опубликовано: 21/11/2008 11:22
Статистика: Cр. балл: 0.00, голосов: 0, просмотров: 737, рецензий: 0

Добавить данное произведение в ИзбранноеДобавить в Избранное   Добавить автора в список ДрузейВ Список Друзей    Написать автору личное сообщениеНаписать автору   Версия для печатиВерсия для печати
Рифмач

либретто к ненаписанной рок-опере

Вместо эпиграфа

Непокорная вечность швыряет божественной тенью,
Это просто оскал отмеченных жизнию звезд.
Мы не знаем себя, но других понимать все же смеем;
Где рождается пламя, там и рождается лед.

Начало пути

Легким шагом, быстрым шагом
По крутым холмам,
По низинам, по оврагам
Я шагаю сам.

Беззаботен, свеж и весел,
Солнца свет - в лицо.
Сквозь поля несется песня,
Разгоняя сон.

Воздух пряный, воздух чистый,
Облака - гурьбой...
Снова в путь, и в путь неблизкий,
С лютней за спиной.

Я прошел дорог немало -
Весь Низинный край.
Молодецкого запала
Хочешь - отбавляй.

Где б я ни остановился
К ночи на постой -
Всюду песней расплатиться
Я готов с лихвой.

Ну, а коль на званный ужин
К знатным господам
Менестрель помпезный нужен -
Я пою и там.

Вот и нынче в графский замок
Направляю путь,
Чтобы к ярмарке деньгами
Запастись чуть-чуть.

Чтоб графиня вновь просила
Про Тристана спеть,
Про его любовь, и силу,
И печальну смерть.

Чтобы граф, не поскупившись,
Как и в прошлый раз,
Щедро златом расплатился
За балладный сказ.

Чтобы гости у камина
Не могли скучать,
Чтоб молва носила имя
Тома-Рифмача.

* * *
Прервалась моя дорога
В чаще до утра.
Я прошел сегодня много:
Отдохнуть пора.

Меркнет свет, и оживают
Духи здешних мест.
Тайн твоих никто не знает,
Вековечный лес!

Свет Луны играет тенью
Средь густой листвы.
Я застыл. Я гласу внемлю
В тяжести травы...

Жутковато меж деревьев
В чаще одному.
Коль одной легенде верить,
То в такую тьму

Древний Герн свою Охоту
Начал по лесам.
Мнится мне, что он, вот-вот - и,
Явится мне сам...

Рогатый Герн

Я призрак на ветру, я тать в ночи,
Я непокорен.
И, будь спокоен,
Я не дотронусь до тебя - кричи!

Мне некого хвалить и нечем врать,
Меня все знают
И восхваляют,
Едва Охоту я успел начать.

Я будут красться, после буду ждать,
И снова красться.
Вам не удастся
Душевный ужас от себя прогнать.

И песнь цикад на Белую Луну
Сменила землю;
И я приемлю
В свои объятья ночь и тишину...

Сон

Я долго спешил
В свою глубину,
Я видел баньши
Средь деревьев - одну.

Она не желала
Растаять во мгле,
Она рассказала
Все обо мне.

Падали листья
В серую тьму,
И ветер злился...
Жалеть? Кому?!

И небо прошила
Гроза на горе.
Я слушал баньши,
Я в душу смотрел.

Кровью ручья,
Язвой огня,
Порывом ветра,
Почвой согретый

Шепот баньши,
Крик баньши;
Баньши, баньши,
Поет в тиши.

"Ступай за мной,
В седой покой.
Ты будешь один,
Но ты - со мной.

Слезы твои
Утонули в пыли.
Правда и ложь
Прыгнут на нож.

Брешью в стене,
Внутри и вовне
Жалит тебя
Человечья судьба.

Дивные сны
Дарят холмы.
Но тишины
Души полны.

Серые корни,
Желтые листья,
Жаркие споры,
Глупые смыслы -

Все это бред,
Искрошенный в пропасть;
Веришь, иль нет -
Он пощады не просит.

Ты, смертный, желаешь
Все знать наперед?!"
И образ растаял,
Растаял, как лед...

Королева фей

Мальчик спит под раскидистым дубом,
Мальчик видит забавные сны.
Мальчик, я поступлю с тобой грубо,
Стану частью твоей тишины.

Стану лезвием острым кинжала,
От которого кровью - туман.
Человеческих сроков так мало,
Чтоб сложить эльфийский курган.

Человеческих сроков не хватит,
Чтобы страстью меня напоить.
Посмотри: я сняла уже платье,
Я сегодня тобой буду жить.

Я сегодня исполню желанье,
Н одно и на целых семь лет.
И, со мной отправляясь в скитанья,
Ты обязан дать мне обет:

Никому ни единого слова
Не имеешь ты права сказать.
Только песней, нечаянно-новой
Суждено тебе отвечать.

* * *
Мальчик спит щеками в ладонях,
Мальчик спит, умывшись в ручье.
Ты весь мир увидеть способен
На моем прогнившем челе,

На моей старушечьей коже
И в моих потемневших глазах.
Стала я на себя не похожей,
И в душе твоей пенится страх.

Обещаю, едва мы оставим
Человеческий странный покой,
Я в обличье своем вновь предстану,
Снова стану я прежней,
...Собой.

Поцелуй

Впервые с утра выбиваюсь из сил,
Надолго лишаясь покоя...
Хозяин Лесов, ты меня заманил,
Куда и ходить-то не стоит.

Загвоздка не в том, что я долго бродил,
Иль по морю плавал изрядно,
А в том, что ушел, как всегда уходил.
Но вряд ли вернусь я обратно.

Чего же я ждал? Волшебной тропы
В мечту, о которой играю?
Один поцелуй, он просторы судьбы
Так резко и сильно меняет,

Что не продохнуть и не вжаться в траву:
Умение это для трусов.
Хотя, когда эльфы в дорогу зовут,
Со смелостью будет не густо.

Ну, что ж, любопытный и страстный Рифмач,
Теперь ничего не поделать:
Плотней запахнись в подорожный свой плащ,
Давай, испытай свою смелость.

Ты фею сегодня под дубом любил,
Меняя свободу на знанье.
На пылкую страсть не жалел своих сил,
А хватит ли их на скитанья?

Ты верен себе, ты, как дышишь - живешь,
Презрев непотребную ветошь.
Менять свою правду на чью-нибудь ложь -
Какой в этом прок, не ответишь?

Она тебя манит своею тропой,
С негаданно-диким узором.
Она, ведь, пришла в этот день за тобой,
Чтоб показать тебе мир за чертой.
Кто знал, что все будет так скоро?..

Кровавая Река

Ты все течешь, Кровавая Река,
Завесою у смертного порога.
Прошу, теки степеннее немного,
Твой слышен стон уже издалека.
Я пред тобой, Кровавая Река...

Я чую кровь, пролитую людьми,
Объятую твоими берегами.
Глядя на годы, скалишься веками
И жаждущим тебя шипишь: "Возьми!"
Они ж, испив, престанут быть людьми.

Их было трое: фея, бард и конь,
Из них тебя один узрел впервые,
И ты перста холодные и злые
К нему тянула, издавая стон,
Учуяв человеческий огонь.

... И он, переживая ужас свой,
Знакомится с Кровавою Рекой...

Три дороги

Три дороги,
Сущность многих
Непроторенных путей.
Средь пустыни
Все едины,
Каждый - по своей.

Первая тропа просторна,
Выжжена, но, все ж, покорна,
В ярды - шириной.
По песку и по разломам,
По родных и близких стонам
Путь придется твой.

Легкий путь, и путь удобный,
Не тернистый и не скорбный,
По нему идут
Те, кто ранят невиновных,
Те, кто предают.

Те, кто жаждут наслаждений,
Ужасаются лишений,
Те, кто чтят
Убой и смрад.

***
Три дороги,
Сущность многих
Шедших здесь людей,
Символ строгий
Жизней долгих.
Хочешь? Что ж, глазей!

Вот тропа бежит другая,
Землю хищно устилает
Здесь чертополох,
Справа жалит бок терновник,
Слева скалится шиповник.
Ни один не смог
Без увечий и без крови,
Хмуря брови
Скорбью новой
Не скалечить ног.

Милый друг, ты не захочешь
Знать, куда тропа сия
Выведет тебя средь ночи
И средь бела дня.

Но, узнай:
По ней ступают
Те, кто взгляд свой направляют
В завершение пути;
Через скорбь и сквозь лишенья
Обрести хотят спасенье,
В праведность прийти.

В праведность - любой ценою,
Как своей, так и чужою,
Мир дать всем
И стать ничем.

***
К трем дорогам
Больно строго
Старится судьба
Ты взираешь у порога
Прямо на себя...

Видишь, третья посредине
Вьется гладко средь пустыни,
Незатейлива, легка.
Нас манит издалека
Музыка моих собратьев,
Раскрывает нам объятья
На мгновенье? На века?
Навсегда!
Скорей - туда!

Разговор двух кумушек

ќ- Здравствуй, Маргарет, подружка!
- Здравствуй, Лизи-хохотушка!
- Как живешь?
- Как бог пошлет:
Жизнь то деготь, а то мед.

- Что мне нового расскажешь?
- Д, не знаю, право, даже...
Королевский прокурор
Выгнал женушку во двор.
На неделе я узнала,
Мне свекровь нарассказала,
Угнано у графа вновь
Стадо целое коров.

- Неужели, снова горцы?!
- Кто ж еще?! Им все неймется!
- О-хо-хоюшки-хо-хо!..
- Ну, а у тебя чего?

- Все по-старому. Раз в год
Средь скотины есть приплод.
Дэйлы, что в соседнем доме
Вновь разжились на соломе.

А кузнец - ну, тот хорош! -
Взял, заговорил нам нож.
Положили под порогом -
Враз ворье - другой дорогой!

Новость есть еще одна,
Стоит всех других она.

- Не томи! Хочу послушать!
- Ишь, как навострила уши!
Новость эту мне несли,
Да не знаю, верить ли...

- Ну же!..
- Том из Эрсилдуна,
Что ходил здесь до зимы,
В дни до Майского Кануна
Сгинул в Полые Холмы!

- Томас-бард?! Да быть не может!
Все на россказни похоже!
- Верь-не верь, но уж как год
Том на праздники нейдет.

Барды новые заходят,
Песни новые заводят.
Некому теперь ко сну
Рассказать про старину.

- Что ж стряслося?.. Вот забота!
Не сгрешить бы на кого-то...
- Хоть греши, хоть не греши -
Тома утащили Ши!

Ши

Беззаботный народ Дуун-Ши,
Осененный древностью знания,
Обреченный на венную жизнь,
Где никто никуда не спешит
И не тешит себя ожиданьем.

Вы глядите, и ваши глаза
Открывают другие дороги,
Где лишь те, кто ни "против", ни "за",
Где так много возможно узнать,
Где слова превращаются в слоги.

Беззаботный народ Дуун-Ши,
Я так много знал вас по легендам,
Где любою строкой дорожить -
Все равно, что спать в зимней тиши,
А проснуться хохочущим летом.

Я не смел и мечтать о таком...
Нет же, вру: я так жаждал всем сердцем
Ранним утром покинуть свой дом
И за третьим, четвертым холмом
Отыскать долгожданную дверцу.

И теперь среди вас я иду
По стеклянным искрящимся залам.
И столы уж накрытыми ждут.
Только пробовать вашу еду
Никогда, никогда я не стану.

Без нее ваша боль - моя боль,
Ваши страхи станут моими.
Мы повенчаны общей судьбой.
Этот жребий поистине мой.
Кто, ведь, знает, что было б с другими.

На пиру

Сидишь, Рифмач, грустишь, Рифмач,
Сломлен под грузом неудач.
Ты слишком часто забывал
То, чем ты жил, о чем мечтал.

Как лился твой шальной напев
Сквозь майский шепот юных дев,
Когда, счастливый, у ворот
Ты тихо плакал в небосвод.

Пируй, Рифмач, играй, Рифмач
И самого себя дурачь!
Ты так желал сюда попасть,
Но вместо сказки вдруг - напасть.

Красоты Ши и речи Ши
Цикутой стали для души.
Что головой, Рифмач, поник?
Тебе не быть одним из них.

Увы, Рифмач, прости, Рифмач,
Ты для себя теперь палач.
Ведь, не исправишь ты никак
Свой тусклый свет, их яркий мрак.

Ну, что ж, Рифмач, живи, Рифмач,
Семь лет тяжелым сердцем плачь.
Ты стал из-за любви своей
Игрушкой Королевы фей.

Глубокое сердце

Глубокое сердце, таинственность слова
Увы, или к счастью, уже не нова.
Для нас очень многое было готово,
Но, что выбирать нам придется сперва?

Глубокое сердце, несчастная пара,
Ее не один понесет впопыхах.
А, разве, еще мы не сделались паром,
Который от многих оставил лишь прах?

На сером холсте я рисую словами,
Готовые песни сокроет ларец,
И краски покроются сплошь голосами,
Напомнив о тайне глубоких сердец.

Расставание

Тихий, печальный пруд,
Мудрая вода - гладью.
Многие были тут,
Вовремя и некстати.

Тихий, печальный лик,
Смотрим в глаза друг другу.
Снова рождается стих
В доселе неведомых муках.

Синий, блестящий пар
Над головой моею.
Я принимаю дар
Моей возлюбленной феи.

Слово мое правдивей
Утренней летней зари;
Все я познаю в мире,
Желаешь владеть - бери!

Ши собрались попрощаться,
Машут руками вслед.
Я снова всем телом вжался
В конский упругий хребет.

Все пронеслось во мгновенье,
Поле, дорога, река.
Домой возвращаюсь я тенью
И, к счастию, не навсегда.

Пройдет не один десяток
Унылых и славных годов,
И я возвращусь обратно,
И Ши меня встретят вновь.

Возвращение

Не знал, поверьте мне, не знал,
Что люди странные такие,
Что добрые бывают злыми,
Что злой добро за раз познал.

Не знал, и, видно, не был должен;
А, ведь, заешь его фомор,
Наш мир не так уж больно сложен,
И не был сложен с давних пор.

И взять с него какую плату
За эту пресную судьбу?!
Один раскаялся в гробу,
Другой утешился в утратах,

А третий ждет свой кошелек,
За камнем тихо притаившись.
Здесь нет ни нынешних, ни бывших,
Ни тех кто сдался или смог.

Они выходят за порог,
И возвращаются обратно,
И говорят, что им приятно
Сидеть и ждать у трех дорог.

Я стал другим и не узнал
Тот мир, в котором жил когда-то.
Да вы, ведь, тоже мне не рады,
А мне вас просто очень жаль.

Для вас что знания, то ересь,
Для вас что правда, будто нож
Впился в косяк над старой дверью,
Одно носящей имя - ложь.

Увы, я видел ваши лица,
Когда в свой самый первый раз
Грядущим знанием делился.
Я помню это, как сейчас,

Когда неверием и злобой
Насмешки сыпались в меня.
Да я не ожидал другого:
Я ждал намеченного дня,

Когда пророчество сбывалось,
И обходили стороной,
Проклятьем ядовито жаля
Мой дом, уныло-обветшалый,
Мой сад, разлившийся весной.

...Но, солнце новое вставало
За одинокою горой
И предвещало новый бой...

Взгляд в чужую душу

Я гляжу в глаза,
Я вхожу в предел;
И помочь нельзя,
И быть не у дел.

Средь голодных рук,
Средь немых руин
Я сносил испуг,
Ибо был один.

Из бессильных тел
Скалятся мечи.
Для чего посмел
Я других лечить?!

Для чего даны
Мне мои дары?
Почему они
Остальным видны?

Я смотрю в глаза,
Я в них вижу страх,
Я в них вижу Путь,
Где нельзя свернуть.

И в пустую тишь
Я, безумец лишь,
Как домой вхожу,
И - стеною! - жуть.

Берег, волны скал,
И морской оскал,
И небесный свет
На полсотни лет.

Вот и все, душа,
Я тобой дышал,
И теперь в бреду
От тебя иду.

И закрылась дверь;
Ты во мне теперь
Свой оставишь след;
Спросишь - дам ответ.

Майское Древо

Первая полночь Мая,
Радостна Лунная Тьма.
Люди Низинного края
Свои оставляют дома.

Женщины - в красочных платьях,
В ярких цветах - мужи.
Здесь расцветают объятья,
Здесь продолжается жизнь.

Лентами венчано Древо,
Реют костры до утра.
Майскую Королеву
Каждый прославить рад.

Хохот людей все громче,
И хороводы - быстрей.
Но, что мне все это после
Сказочных праздников фей?!

Что мне это веселье,
Песни о майских лучах?!
Флейты волшебной трели
Я не услышу впотьмах.

Я не сыграю на лютне
И не призову: "Налей!",
И ни одна хохотунья
Не будет сегодня моей.

Так и взираю на звезды,
Руки ласкают траву.
Или я бодрствую в грезах,
Или же сплю наяву...

***
Взгляды людей остывших,
Взгляды, забывшие все.
Что им весели свыше,
Коль потеряли свое?!

Кто сейчас помнит скелы,
Кто сейчас помнит Ши,
Из вас, тех, кто сумели
Против себя согрешить?!

Лишь единичными днями,
Презрев христианский стыд,
Усеиваете телами
Полей первозданный вид.

Костры улетают в небо,
Блестит неприкрытая грудь...
А утром в овраге где-то
Твердите себе: "Забудь!".

Глупцы, смиритеся с долей
Незрячих котят-слепышей,
Если не можете боле
Жизнью владеть своей,

Если боитесь помнить,
Если боитесь знать,
Коль на житье без боли
Души готовы продать!

Хотя, уж давно ими ведает
Надменный христианский бог,
Который дурными заветами
В рабов превратить вас смог

И ныне, как куклами вертит,
Бросает то вверх, то вниз.
Ну что ж, продолжайте верить,
Что этим возможно спастись!..

Сонет невесте

Весенний ветер ловит наугад
Дневную тишь проснувшегося сада.
Ты жаждешь очень многое узнать...
Я тоже жаждал. Где-то и когда-то.

Немало тех, кто наблюдал меня,
И все они казались мне чужими.
На, посмотри: вот я, вот снова я,
И этот, и другой, и тот, кто с ними -

Вот сколько этих сумеречных "я",
И все они живут единой стаей.
Смотри, не потеряй же в них себя,

Хотя, я не скажу, что ты чужая.
Ты хочешь быть женою Рифмача?
А что это на самом деле - знаешь?..

Война

Ножны лежат пусты,
Ужасом полнится сталь, и пламя звонко смеется,
Тени былых тамплиеров встают из глубин.
И небо шотландское с вечера в ночь заметает следы
От эдуардовой конницы, воздухом собственных спин
Множество лет затмевающей проблески солнца,
Чтобы шотландец живым не нашел дорогу домой.

В Тауэре вязко сплетается эхо пыточных камер
С весельем стаканов, наводнивших пустой королевский покой.
Последний крик радости замер -
И расчервертованный Уоллес многие тайны увел на тот свет за собой.

Память безумных пиктов
Дробится о Камень Судьбы.
Теперь вместе с ними одною тоскою завиты
И гэл Дал Риады, и гордый фламандский купец,
И дикий потомок драккаров, глотавших морскую пыль -

И все они здесь
Нестройным отважным потоком
От Стирлинга до Бэннокберна за свободу жертвуют плоть.
Кровь Уоллеса бьет по вискам - единицам, десяткам, сотням.
И толпы отважных героев за Брюсом уходят в ночь.

После битвы

Я каждый день подсчитываю сроки,
Я каждый день испытываю жизнь.
И, коль решился, не прошу подмоги,
И, если сник, то не пою на бис.

Любой размах кого-то задевает,
Любая страсть съедает на корню;
Но я и то, и то благословляю -
Я открываюсь нынешнему дню.

***
Стихает битва. Меч травой от крови
Я снова вытер и - пешком в шатер.
Меня заждалась арфа под покровом,
И за музыкой утихает спор.

Над раненными лекари склонились,
Священник уж прочел за упокой,
И песня неприкаянно стремилась
Дорогою на следующий бой.

И - просьбы по финальному аккорду
Про море спеть, про горы... про любовь,
Про урожая радостные всходы,
Про сладостный приход волшебных снов.

И снова перед утренним рассветом,
Когда не дремлет только часовой,
Я снова узнаю в себе поэта,
Держа свой путь за утренней звездой.

Никто меня не слышит в это время,
И мало кто решится услыхать.
Я в этот час веду беседу с теми,
Кто не устал мен так долго ждать.

Мой голос над равниной льется плавно,
И щебет птиц сливается с зарей.
И в мыслях возвращаюсь я обратно,
Я возвращаюсь к ней, и к ней одной.

Я снова вижу солнечные тени,
Я снова вижу замки из стекла.
Моя тропа так далеко вела,
Что я утратил радость жизни бренной...

И брезжит вдалеке стальной рассвет,
И звук волынки к битве призывает.
Я снова здесь, друзья военных лет,
Я снова в бой иду. Я снова с вами!

Разговор

- Товарищ, ты с дороги
Изрядно подустал.
Не стой же у порога,
Печально глядя вдаль!

Я пряным элем кружку
Наполнил уж тебе.
Садись. Мы будем слушать
Друг друга - о себе.

Откуда? Из Данбара?
Граница на замке?
А мы задали жару
В ирландском далеке.

Эх, гнали в англичашек
Аж до морского дна!
Но, участь бойне нашей
Нелепая дана.

Мы брали пядь за пядью,
Меня сталь на кровь,
И сюзеренов ради
Мы отступаем вновь.

Полсотни договоров
Подпишут короли,
И мы, коней пришпорив, -
Прочь, до своей земли.
Порядки таковые
Царили не всегда,
Бывали и иные,
Правдивые года,

Когда деды ходили
За дальние моря,
Всего роднее были
Им весла корабля,

И был всего правдивей
Их собственный клинок,
И тот слывал счастливым,
Кто свой ускорил срок.

Я - Алистер-с-Равнины,
Врагам вселяю жуть,
В дугласовой дружине
Мечом своим служу.

А ты? Из Эрсилдуна?
Знавал ли Рифмача?
Он самый? Ты подумай!
Ну, выпьем? За тебя!

Я россказням не верю,
Но правду ль говорят,
Что ты волшебным феям
Товарищ, друг и брат?

Ведь, мало ль что случится
С шотландцем иногда!..
Иль я погорячился,
Вопрос тебе задав?

Молчишь... Ну, что ж, молчаньем
Не будешь больно сыт.
А я довольно пьяный,
И кровь моя кипит!

Мой род восходит корнем
К норвежским берегам,
И много славных воинов
Стяжали славу там.

И говорят недаром
Годов уж восемьсот:
От хищных Ульфхеннаров
Идет наш славный род.

Мечи мы обнажали
За Истину Богов,
И люди почитали
Нас, Воинов-Волков.

Но, шли года, и вскоре
Пришли жрецы Христа,
И начались раздоры:
Сын предавал отца.

Пришлось Богов десницам,
Став не у дел с тех пор,
С отчизною проститься.
Но, каждый брал сторицей
За страшный свой позор.

Исчадиями ада
Нас кликали теперь
За то, что были в каждом
И человек, и зверь.

Такой удел мы знаем
Уж множество веков...
Но, взор твой затуманен,
Ты, видно, предсказанье
Изречь сейчас готов!

Пророчество о Волках

Сердце Волка,
Страхи Волка,
Детство Волка,
Боль земли,
Листья падают на полку,
Почерневшие в пыли.

Старый Храм, давно забытый,
Много сотен лет назад,
И Алтарь, плющом увитый,
И в потемках �

Оценить произведение и написать рецензию может только зарегистрированный пользователь

Нажмите сюда, чтобы войти в систему.
После авторизации Вы будете автоматически возвращены на данную страницу.
Если Вы находите это произведение противоречащим правилам нашего сайта, пожалуйста, сообщите об этом администрации
Ваши данные останутся анонимными. Спасибо за сотрудничество!
Меню автора
Логин: 
Пароль: 
Запомнить пароль
Забыли пароль?
Регистрация
Авторы
Авторы online:
В данный момент на сайте нет никого из зарегистрированных авторов

Новые авторы:
· stgleb · istina · Isaew · DarjaDarja · AndreiVorsin · KnYaZ · Sonya19 · Entei · delifin · ghet
Статистика
Всего авторов:
Активных авторов:
Произведений:
Рецензий: