| Эй, легендарная, недоглядела, что хунта фашистов всех поимела В кровавой концлагерной топке гестапо, где нищий народ мрет по этапам? Обглоданным прахом с ладонями в небо скитается в поисках Бога и хлеба На дикой охоте в бегах из страны, где пушечным мясом в стойло вели, Чтоб о пудовые билась замкИ и ещё ярче горела! У Прокурора в судах трибунала - правды и чести как не бывало. Зря надрывалась, не убедила, лишь о доносы душу разбила... Жаждет заложников правящий зверь! Кто победит в этом шоу потерь? Тот, кто достойней? Кто Богу милей? Ну что, налакались крови моей? В театре абсурда расстреляны сцены и финка застыла в груди Мельпомены, Чтобы случайно не рассказала о приговорах в судах трибунала. Хлеба и зрелищ хотят "демократы" цедить из удавки кровавых властей: Замков, стрептизов, корпоративов под стоны и хруст перебитых костей. В разгаре веселье! Идёт представленье, где дикие бесы вселились в людей, И негде укрыться от зверств и расправ! У братских могил, кто сильнее, тот прав. Лопатой сгребут и - с обрыва, как в топку, отправят к богатым чертям - на растопку. В рабы к нуворишам: Атлантами веры держать небеса над гнездовьем Химеры На нищих горбах! У трибун депутатов подачки глотать полным ушатом! Как чёрные стаи на райском холме слетелись на пир к самому Сатане. Обряд провести для властей из гестапо и жертву воздать окровавленной лапой. Вперёд, добровольцы, на жертвенный холм, - чтоб сам Люцифер к вам взошёл на престол. Желаю за трапезой в сочном поту - гореть в люциферовом вашем аду, Чтоб прямо с престола туда все попали, куда так упорно яму копали! Любава Журава |