| А! Это ты, мой маленький, заходи. Что, замерз? Вот, возьми. Это чай из шиповника, пей, не бойся. Что ты спросил? Нет, я не хочу. Ну, ты слышал эту историю тысячу раз. Ладно. Садись-ка поближе. Сначала… Пей-пей. Я не буду торопиться. Да, давно. Так давно, что дуб, который рос за оградой вырос большим-большим, потом его спилили. Ага. В один вечер спилили. Малыш, это что, твоя любимая история? Да? Хорошо. Тогда я была… Немного моложе и наивнее. Как олененок. Как принцесса из сказки. Помнишь, я тебе читала. А он был милый, хороший. Он думал, что им должны любоваться. Так оно и было. Когда человек знает и умеет больше других, ему завидуют. Когда он еще и привлекателен – его ненавидят. Да, так интересно устроен мир, мой маленький. И знаешь, кто его придумал? Я тоже. Мы были сильными и полными надежд. Он знал, что станет лучшим. Мне светили далекие звезда и звали дороги. Он был отражением луны в ледяной воде, а я – светом пасмурного дня. Мы жили рядом. Не в одном доме, но под общим небом. Знаешь, я никогда не думала, что скромность – добродетель, но я поняла, что это ценная вещь. Ха-ха! Точно! Задавака. Но это так естественно, маленький, что можно простить. Тем более, что девушка всегда немного преувеличивает. Запомнишь? Мы веселились и учились, играли и смеялись над жизнью. Когда один росток тянется вверх, остальные невольно повторяют его движение. Его душу нельзя было растворить в серой дымке, а сердце присвоить и спрятать. Понимаешь, мой малыш, он стремился к вершине. Я же искала еды своей пустоте. Нет, не нашла. Искать иногда глупо, оказывается. Это ты не запоминай. Искать – это хорошо. Надо искать. Даже если не найдешь, получишь удовольствие. Пустота сожрет все, даже не подавится, проглотит, не разжевав. Еще чаю? Смотри не обожгись. Он влюблял в себя, сам того не желая. Как такое получается? Не знаю, маленький. Ты любишь мед? А янтарь? А янтарную плошку для меда? Вот теперь представь, что это, плошка с медом, человек. Понял? Умница. Так интересно было наблюдать за ним. Нет!.. Ну, ты и спросил, малыш… Не как тетушка за козявками, а как… Ладно, мал еще, чтобы понять. Я? Никогда, маленький, я не злилась. Зачем? Пустыня не злится и не ревнует. Она может тосковать и неумело беречь зной. Ох, растешь ты! Счастье – это так мало и так много! Когда ты одинок, когда ты с другом, когда вокруг весна или дождь, а у тебя есть зонт, когда ты видишь небо… Да разве все перечислишь? Найди счастье сам. Поверь однажды, что ты счастлив и не думай больше о нем, иначе – потеряешь. А расстались мы так же, как и сошлись – улыбаясь друг другу и вечности. Мальчик мой, как же ты любознателен! Он научил меня видеть и слышать. Нет, не содрал налипшую грязь и не счистил ржавчину, а научил. Хотя, я не была послушной ученицей. Да и вообще, кто же перепрыгнет через эти зыбкие рамки и плюнет на атлас приличий? Смелый? Нет. Скорее кто-то похожий на деревце. Маленькое деревце, которое стремится ввысь, не забывая о корне, впившемся в землю. Пей. Остынет. Любовь? Я не знаю, что это, малыш. Может, птица, такая пугливая и незаметная, что ее не поймать. Может, зверь с клыками и когтями горного медведя. А может, бесплотный дух, порхающий с сердца на сердце? Хм… Это иллюзия покоя и искажение волнения. Малыш, я не знаю. Меня обманывали. Я обманывала себя. Я играла в любовь. Часто. Говорят, кто не знает любви, пуст и темен, как пропасть. Что ж, я тайна для самой себя. Клубок запутавшихся змей, и ядовитых, и безобидных. Я знаю заботу, грусть, недовольство, скорбь, жалость, жадность, привычку прощать… Мой маленький, не смотри мне в глаза. Они солгут и отправят на поиски веры. Я отвлеклась. О, чай совсем остыл. Не допивай, он горький. Нет, малыш. История всегда перетекает в воспоминания. Из дуба сделали твою кроватку. Ложись спать. А я буду охранять тебя. |